Два лица Пьеро  - Анна Данилова

– Не украла, а одолжила. Я не вор. Просто попала в трудное положение, из которого надо как-то выкарабкиваться, поняла? Не смотри на меня как на уголовницу. Я не бандитка. Я – добропорядочная и законопослушная мать двоих маленьких детей, понятно? И приехала сюда, чтобы позаботиться об их будущем, вот так. И этот отель, что я ищу – мой. Мне подарил его мой муж, который неделю тому назад умер. Потом подробно расскажу, а сейчас просто объяснила тебе, что я не мошенница и не воровка. Ты же тоже не воровка? И я тебе, между прочим, поверила, хотя уже два раза могла бы сдать в полицию. Ну, отвечай, ты воровка?

– Нет…

– Вот и я – нет. У этой Сони денег, как у дурака махорки…

– Не поняла. Что такое махорка?

– Не важно. Главное, Мика, что теперь у нас есть деньги, и мы с тобой отправляемся в ресторан! Ну-ка, посмотри, сколько левов?

Мика щелкнула своей зажигалкой и ахнула.

– Здесь пятьсот левов! Огромные деньги!

– А сколько нужно, чтобы хорошо поужинать, ни в чем себе не отказывая?

– Думаю, на двоих в пятьдесят левов уложимся.

– Ну, тогда пошли! Представляешь, у меня в рюкзаке помада есть! Не украл, скотина рыжая!

Давай, Микочка, прихорашивайся, нас ждут великие дела!

Они вышли из дома, заперев на все замки голубую дверь, спустились в садик, выбрались по темноте на улицу и, пройдя буквально несколько шагов, оказались на сверкающем, переливающемся вечерними огнями бульваре Сливница. Бесконечные ряды ресторанов под открытым, усыпанным звездами небом, крики огромных чаек – гларусов, запахи горячей пищи, духов, сигаретного дыма…

– Ну, давай, подсказывай, где здесь хорошо кормят?

– Да везде! – сказала Мика, чувствуя, как ее рот наполняется слюной. Она старалась не думать о том, что Женя только что ограбила Соню. – Вон, видишь, итальянский ресторан…

– Снова итальянский? Надеюсь, не тот же, где меня обворовали и довели тем самым до преступления? – истеричные нотки все же присутствовали в ее голосе.

– Нет, этот мы уже прошли… Вон, видишь, на витрине висят подсвеченные свиные ляжки – хамон? Вот там есть салат-бар, где можно так наесться, на неделю вперед… И постоянно официанты разносят то мясо такое, то другое, то колбасу, то курицу…

– Не хочу салат-бар, хочу что-нибудь варненское, специфическое, морское… Устрицы там, форель, мидии…

– Тогда спустимся вниз, я знаю там одно местечко, прямо на берегу, на пляже. Там выберешь себе все, что хочешь. И обслуживание отличное. Я там бывала как-то, ты не представляешь, какую говядину там подают со спаржей и красным соусом! Пальчики оближешь!

Вместе с толпой нарядно одетых людей они спустились по широкой лестнице прямо к морю, прошли немного и оказались в очень приятном ресторанчике, часть которого была под крышей, остальная же – на пляже; многочисленные столики стояли, утонув ножками в песке. И совсем близко плескалось черное лунное море.

– Ну вот, здесь мне нравится. Чувствуется, что мы на море. А полицейский твой… – и здесь Женя произнесла слово, которое было невозможно перевести, но смысл которого Мика поняла ясно.

– Да, не пришел… Знаешь, может быть, это даже к лучшему. Представь, что было бы, если бы он заявился, когда ты была в Сониной квартире.

– Ты не переживай, Мика. Я небедная девушка, у меня куча денег. Просто я попала в одну пренеприятнейшую историю, понимаешь? И когда я разрулю ситуацию и вычислю, кто стрелял в моих детей…

Мика подняла голову, глаза ее словно быстрее отреагировали на услышанное, чем мозги – они стали в два раза больше!

– Ты не шутишь? – зачем-то ляпнула она, мгновенно сообразив, что сморозила глупость. Разве такими вещами шутят?!

– Нет, – спокойно отреагировала Женя, – Давай, подсказывай, что лучше заказать…

И они принялись листать меню.